Газета РИСК
 Логин: Пароль:

   Регистрация
   Забыли пароль?
   Помощь
   Главная
Свежий
номер
 Архив
Архив
газеты
 Новости
События
в Туве
 Объявления
Куплю /
Продам
 Опросы
Наши вопросы,
ваши ответы
 Форум
Дискуссии,
обсуждения

Сообщение для всех: "Если у вас имеются проблемы с работой сайта risk-inform.ru, попробуйте воспользоваться сайтами http://risk-inform.com, http://riskinform.livejournal.com или http://vk.com/risk_inform"

pix
Навигация
Случайное фото
Музыкально-драматический театр им. Кок-оола. Раздел: Родной край
Комментариев: 6
Исправь ошибку
Кто на сайте
Вы Анонимный пользователь. Вы можете зарегистрироваться, нажав здесь.
Anonymous Гостей: 77
User Пользователей: 0

Связь установлена risk-inform.com
Anonymous Гостей: 32
User Пользователей: 0
вКонтакте
Твиттер




   
 
Версия для печати A- | A | A+ 12pt

№26, 8 июля 2009 года.

ДЕТДОМ – ИНТЕРНАТ – ПОДВАЛ

Продолжение. Начало в №25.

Главным итогом, состоявшейся в Доме печати встречи журналистов с представителями органов опеки и министерства образования, можно считать предоставленную трем сиротам возможность жить в общежитии кызылского ПУ №11 «на период вступительных экзаменов». Кроме того, министр Петр Морозов заявил, что Кристина Симонова, лишившаяся жилья в результате незаконной продажи, продолжит обучение в одном из профтехучилищ Красноярского края. Девочка уже имеет диплом электромонтера, выданное училищем №11 и направление на работу в структурное подразделение ГИБДД, обеспечивающее работу городских светофоров.

Неожиданное предложение, с дальнейшим обучением вместо работы, на время отсрочило проблему обретения постоянной крыши над головой для одной (или пяти, не суть важно) выпускницы-сироты, но, как признал сам господин министр, нуждающихся в жилье сирот на сегодняшний день в Туве 395 человек. Очевидно, что Кристина Симонова не может коллекционировать дипломы техникумов и училищ до старости, только из-за возможности иметь прописку и койко-место, поэтому через несколько лет она снова вернется в Туву, но если ей к тому времени исполнится 23 года, государство с полным правом оставит ее на улице. Поэтому для разрешения проблемы хочется дать злой совет органам опеки (есть подозрение, что они его знают) – мурыжить сирот до 23 лет.

Для этого есть разные способы. Можно ссылаться на всеобщий кризис и потепление в Африке. На свиной грипп и вступление страны в ВТО. Присутствовавший на встрече депутат (как было сказано, сразу от двух Хуралов: городского и республиканского) бывший вице-мэр Кызыла по соц.политике Виктор Вусатый более 20 минут рассказывал о постсоветском пространстве, экономическом кризисе, бюджете, депутатах и проблемах ввода жилья в Туве. Все очень верно, правильно, и главное – очень доходчиво для девочек-сирот, которых министр, не стесняясь, называл в их же присутствии олигофренами. Но это было в конце встречи, когда телекамер в зале не было и можно было не стесняться в выражении чувств.

Мне, к примеру, министр задал укоризненный вопрос: «А ваши дети что, одеты лучше?» на вопрос о том, каков механизм распоряжения средствами сирот на одежду и почему одна из девочек в шлепанцах? В действительности речь шла не об одежде. Вышедшие после встречи коллеги сказали: «Как же министр поддел тебя», потому что укор был совсем в другом: а не следила бы ты, многодетная мать, лучше за собственными отпрысками, чем за нашими?

Возможно, мои дети и в самом деле одеты не так хорошо, как хотелось бы руководителю минобразования Тувы, но могу сказать, что я не травлю их кашей «Дружба» и тухлой колбасой со вкусом хлорки. «Дружба» оказывается «витаминизированный продукт, рекомендованный СЭС», как заявила директор Усть-Элегестинского интерната и «дети ее очень любят», и к тому же проверки прокуратуры с Роспотребнадзором проводятся ежемесячно. Вне сомнений, все положенные контрольные завесы, пробы и проверки осуществляются своевременно и строго. И каша, и дети в такие дни отвечают всем требованиям, ведь и Максим Горький, как известно, был очень доволен проверочными визитами на Соловецкий остров, где под присмотром государства перевоспитывались и обучались сотни проблемных для советской власти граждан. Они были хорошо одеты, вкусно питались и рассказывали о своей замечательной жизни. Правду о Соловках он так и не узнал, или постарался не узнавать.

«Когда приезжают комиссии, у нас объявляют турслет», – говорят дети. Сами работники за глаза называют эти мероприятия «дурслетами». Ничего плохого в проведении целого дня на природе, даже если они называются дурслетами – нет. Довольны и дети, и взрослые, предостерегшие болтливых «олигофренов». Рада и комиссия, возможно, отведавшая в этот день настоящую «Дружбу», с фруктами и злаками, а не ту версию, где крупы смешивают с макаронными изделиями.

А вот червей в мясе быть не может! «Может, в компоте?» – строго переспросил министр, и добавил – «В компоте можно. А в супе быть такого не может!»

Я очень хочу в это верить, мне очень сложно даже просто представить уваренных червяков без спазма тошноты. Надеюсь, что червяки с допущения министра попадаются только в интернатовских компотах и похожи на симпатичные кусочки каких-нибудь манго или папайи. Поэтому признаю, что зря поверила тайному телефонному интервью про то, что в интернате «так-то хорошо, только когда палками воспитатели не бьют». И про еду, что «так-то хорошо, но когда колбаса с запахом хлорки или червяк в мясе – плохо».

Вика Шипуля, при мне же, была уличена директором и министром во вранье, а дотошная директор еще выпытала у нее имя маленькой «вруньи» Егоровой, принятой мною за мальчика. «Они всегда ее так стригут», – объяснила Вика, осмелившаяся записать на телефон свой маленький фильм о жизни интерната. «Ты зачем это снимала, Вика?!!!» – набросились на нее в три голоса министр, директор и социальный педагог. Участь неведомой мне Егоровой, честно отвечавшей на вопросы, стала приобретать тревожные очертания.

Пока девочка находится в лагере. Осенью придется навестить ее в интернате, чтобы удостовериться, что она жива, здорова и не пропала, как Саша Таскин.

Да, действительно, девочки «наврали» и про него. 35-ти ножевых ранений у него не было. Погиб он от другого. Восьмиклассник пропал 3 сентября, был обнаружен (данные МВД РТ) только 12 сентября 2008 года в расщелине горы. Непосредственная причина смерти связана с переломом позвоночника. Но напоминание об этой истории ввергло министра в такой гнев, что на вопрос журналиста «Тувинской правды», почему директор получила такое мягкое наказание, как выговор, за смерть ребенка, он разразился тирадой. Я запомнила только красивое слово «глубокомудрствование» и очень категоричный тон. Журналиста обвинили в излишнем уме и рассуждениях.

Мне кажется, что в таких случаях первые слова даже у замученного работой и ответственностью министра должны быть иной тональности: «К сожалению, мы действительно потеряли ребенка...» Вместо этого о погибшем (или убитом?) было сказано, что он много бродил, что «они» все склонны убегать.

На последней в своей жизни фотографии Саша Таскин держит руки на плечах одного из первоклашек. 1 сентября. Групповой портрет не нужных, по большому счету, никому детей. Новое пополнение сирот из детдома. Впереди их ждет целая жизнь, о которой попытались рассказать журналистам Вика Шипуля и Кристина Симонова, получившие за вопросы о своих правах обвинения «башкыларов», учителей в олигофреническом вранье и прочих пакостях.

Почему же так несдержанны в своих эмоциях и оценках здоровые и нормальные «башкылары» и министр? Они-то точно не олигофрены. Зачем же они мучаются с неважными нервами, надорванными в попытках воспитания «неблагодарных учеников»? Может, и им надо задуматься о смене профессии? Не только же сиротам выслушивать о своем увечном психическом здоровье и генах, как только они спрашивают о своих правах? Элементарных. Куда идти жить, когда заканчивается детство?

Правозащитник Августа Переляева рассказала о своем опыте работы с сиротами с 2001 года. Тогда группа выпускников интернатов самовольно заняла здание на окраине города, имея в распоряжении лишь остовы двух железных кроватей и одну подушку. После вмешательства организации правозащиты детей переместили в строительные вагончики. Их дальнейшая судьба никому неизвестна (в республике, где всего 300 тыс. населения).

Как простодушно признался мне один из воспитателей Усть-Элегестинского интерната, «скорее всего, сидят». Таково же мнение выпускниц интерната. Надо ли напоминать жителям нашей страны значение слова «сидеть»? Это логичный финал всех тех усилий государства, которое боролось за жизнь и здоровье маленького гражданина, отбирая его у пьющих родителей, затем обучало, а в самый работоспособный период не знает, куда его (наш самый дорогой стратегический запас – людей) девать?

Обеспечение жильем сирот – хоть и федеральная задача, но исполняться она должна на местные деньги. По мнению правозащитницы, механизм в том, что депутаты должны разработать и принять закон о сиротах (один такой уже есть), он должен обеспечиваться финансами и тогда... В каком-нибудь 2222 году, если к тому времени люди еще будут рождаться, сироты смогут получать личное жилье. Как-то прописано в уже ныне действующих законах и даже в очередной Конституции о праве на жизнь.

Анекдот советского времени, свежо звучащий и сегодня: отчаявшийся заказать в ресторане хоть какое-то блюдо (чего не спросишь – ничего нет), клиент в сердцах кидает официанту: «Скажите, это у вас меню или наша Конституция?»

Конечно, готовность министерства и ее руководителя в решении проблемы, корни которой лежат отнюдь не в одной плоскости образования, заслуживают благодарности, хоть и с оговорками и взаимными претензиями. Формально свои обязательства министерство исполнило, дав детям образование, далее наступает порог ответственности другого ведомства – социального, с его непонятной системой приоритетов. Но оно тоже не строит жилье и не дарит его, как и рабочие места. Получается эстафета передачи сирот: Минздрав – Минобразования – Минсоцзащиты и далее неизбежно МВД с УИН (управлением исполнения наказаний), которое чаще всего и хоронит впоследствии своих подопечных.

Еще одна неточность была допущена в информации девочек о воспитателе, надругавшемся над двумя ученицами. Этот человек отбыл наказание за изнасилование и уже освободился. Выяснение обстоятельств ночевки двух девочек в лесу привело к тому, что директор с красным от гнева лицом кричала на Вику Шипуля, что никогда не запрещала им ночевать в интернате и не отправляла в лес. Напор педагога и память девочки оказались в неравном соотношении. Перекричать директора сложно. Переубедить – тем более. Ее крик был красноречивым свидетельством того, что обладатель такого голоса может и не только в лес отправить...

Но зачем этим детям врать нам? Ответ педагогов: они же больные. Поскольку такой вариант объяснений уже предполагался изначально – кому вы верите? Они же дебилы и т.д. и т.п.) – было даже неинтересно выслушивать реплики, похожие на заученную роль. Больные дети врут журналистам по причине психических отклонений, те, приблизительно по той же причине, озвучивают эти бредни.

«Все твои проблемы, Вика, в твоей подкорке!» – заявил министр под конец. «Ты везде видишь только черное! Только грязь! Только плохое!» Есть итальянская поговорка: «Свекровь громко ругает кошку, чтобы невестка поняла». Я поняла упрек министра. Пусть будут виноваты подкорки. Журналистов или несчастных сирот. Пусть погибший сирота сам повинен в своей смерти. А не способные проглотить червяка или «Дружбу» пусть будут повинны в своем непростительном гурманстве.

Я даже не скажу ничего, и не сказала на заявление министра «Я сделаю все, чтобы ты, Вика, никуда не поступила, потому что ты все очерняешь». Не соглашусь только с тем, что позволительно так кричать на ребенка. Тем более, «олигофрена». Самая некрасивая картина в мире: трое взрослых (крупных, упитанных, здоровых) людей наступают на одну девочку, похожую на пятиклассницу в свои 17 лет.

И выдают мне «педагогические» секреты: «Вы спросите у Вики про Кристину наедине и она вам такое расскажет... И у той спросите. Такое узнаете!» Самое главное я уже узнала. Зря Вика сочинила целую тетрадь детских трогательных стихов благодарности министру Петру Александровичу, воспитателям, нянечкам, учителям. Они ее не любят. Они детей не любят.

Продолжение следует.

Примечание: публикации по детям сиротам не являются ни грантовыми, ни конкурсными и озаглавливать их «Как мы защищали сирот» по аналогии «Как я голодала за Конституцию», подобно одной из старших коллег, никто, из освещающих проблему, не намерен. В это, вероятно, сложно поверить, когда любая запятая в газете, пауза в эфире просчитывается на предмет будущих дивидендов, с четкой калькуляцией стоимости своей «борьбы».

По материалам www.tuvanews.ru

(прочитано 1657 раз)

http://risk-inform.ru/article_1147.html
0

Остальные материалы номера 26:
 
   
   
 
 Google рекомендует взглянуть... 
 
   

Моя бывшая сбежала с моим лучшим другом. Я с ним не знаком, но он – мой лучший друг.

up Газета Внеклассно О нас Пользователи up
   • Свежий номер
 • Архив газеты
| 2002 | 2003 | 2004 | 2005 | 2006 | 2007 | 2008 | 2009 | 2010 | 2011 | 2012 | 2013 | 2014 | 2015 | 2016 | 2017 |
 • Тематический архив
 • Карикатуры
 • Юмор
 • Новости
 • Опросы
 • Календарь обещаний
 • Доска объявлений
 • Форум
 • Обратная связь
 • Статистика
 • Помощь
 • Регистрация/Вход
 • Добавить новость
 • Добавить фото
 
Материалы сайта предназначены для лиц 16 лет и старше. Ответственность за достоверность опубликованных материалов несут авторы. Мнение автора не всегда отражает точку зрения редакции. При полном или частичном использовании материалов, ссылка на газету «РИСК» обязательна. Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «РИСКа» — risk-inform.ru
Для писем Лента новостей RSS Мобильная версия сайта Зеркало сайта
Страница газеты РИСК в Живом Журнале Страница газеты РИСК в Твиттере Страница газеты РИСК вКонтакте Страница газеты РИСК в YouTube
Борьба с неправдивой информацией о событиях в Украине Рейтинг@Mail.ru Счетчик PR-CY.Rank