Этические заметки

КРУГОВОРОТ ВРАНЬЯ 

На днях пришли читатели к редактору газеты «Тувинская правда» и дружно сказали:
– В мартовском номере журнала «Журналист» за 2003 год напечатано интереснейшее эссе Надежды Антуфьевой о журналисткой профессиональной этике. Мы просим Вас, Олег Иванович, опубликовать его еще раз, потому что это эссе вызвало огромный общественный резонанс, и широкие читательские массы республики изнывают от желания в полном объеме ознакомиться с красивой клеветой и яркими измышлениями, которые содержит этот опус.
– Желание читателей – закон для газеты! – ответил Олег Иванович Гаврилов.

Если верить редакционному вступлению, именно такова история появления в №22 «Тувинской правды» за 14 февраля заметки «Пощечина весельчакам, заигравшимся со смертью и бесчестием». Сначала Надежда Мухарбековна поместила свои инсинуации в «Центре Азии» – еще недавно муниципальной газете, которую она сумела при помощи нынешнего мэра Д.Донгака и попустительстве городского прокурора В.Ведягина переоформить на свое имя, став из наемного редактора владелицей редакционного имущества. Теперь ей никто не может помешать публиковать в бывшей городской газете любую гадость. Хозяин, как говорится, барин. Единственная управа на распоясавшуюся лгунью – суд. И он состоялся. Решением суда Антуфьева была обязана опубликовать опровержение и возместить моральный вред. Но на достигнутом не успокоилась. Чуть перелицевав вранье, отправила в профессиональный журнал «Журналист» под видом этических размышлений.

Результат тот же. Второй суд решил, что опровержение будет печатать «Журналист», а финансовую тяжесть компенсации морального вреда он разделит с Н.Антуфьевой. Будет третий суд. Теперь Олег Иванович скажет: публикуя опус, был уверен, что всё в нем чистейшей воды правда, что он понадеялся на авторитет журнала и профессиональную репутацию Антуфьевой. Надежда Мухарбековна будет упирать на то, что не давала на публикацию своего согласия.

На этой почве они слегка поссорятся, но суд их помирит, справедливо поделив тяжесть материальной ответственности.

Остается добавить, что по нашему мнению, на грех оговора Н.Антуфьеву толкнули примитивные эмоции. Её покойный муж и местный поэт Е.Антуфьев как-то напросился поставить нашей газете бумагу, под это дело получил кругленькую сумму, оставив расписку. Увы, поэт оказался проходимцем. Бумаги поставил только на половину суммы, а сам через неделю вернулся в Кызыл в сильно помятом и опухшем состоянии. Три года редакция ждала обещанного. Надежда Мухарбековна тоже просила отсрочить. В суд пришлось обратиться, когда уже истекал срок исковой давности. В результате Е.Антуфьев, уклоняясь от исполнения судебного решения, ушел из жизни, а Н.Антуфьева стала болезненно размышлять на этические темы.

Теперь эту «заразу» подхватил О.Гаврилов.

Редакция